Фиктивное банкротство и пределы неплатежеспособности

Введение статьи 9-1 в Кодекс Украины по процедурам банкротства не только формализовало понятие фиктивного банкротства, но и актуализировало проблему его отграничения от состояния реальной неплатежеспособности, поскольку само по себе наличие законодательного определения не обеспечивает единообразия подходов к его применению в судебной практике.

Согласно части второй статьи 9-1 КУзПБ фиктивным банкротством признается заведомо ложное заявление должника о неспособности исполнить денежные обязательства, что предполагает необходимость установления двух взаимосвязанных обстоятельств: фактической платежеспособности должника на момент обращения в суд и осознания неправдивости такого заявления. Вместе с тем анализ практики свидетельствует об отсутствии универсального критерия установления указанных обстоятельств, в связи с чем суды применяют комплексный подход, включающий как оценку финансовых показателей, так и исследование поведения должника.

Финансовый критерий: соотношение активов и обязательств

Нормативная база, в частности Порядок проведения анализа финансово-хозяйственного состояния предприятий, утвержденный приказом Министерства юстиции Украины № 3105/5 от 10.09.2020, предусматривает оценку платежеспособности через соотношение активов и обязательств, которое выражается в коэффициенте обеспечения обязательств активами. Если данный коэффициент превышает единицу, активы предприятия являются достаточными для полного погашения кредиторской задолженности, что при отсутствии иных негативных факторов свидетельствует об отсутствии объективных признаков неплатежеспособности и, соответственно, ставит под сомнение добросовестность обращения в суд с заявлением об открытии производства по делу о банкротстве. Таким образом, финансовое состояние должника выступает первичным, но не единственным критерием оценки.

Поведенческий критерий: значение действий руководителя

Судебная практика показывает, что установление признаков фиктивного банкротства не ограничивается анализом бухгалтерских показателей, а включает исследование поведения должника, в частности управленческих решений и действий в отношении кредиторов.

В решении Хозяйственного суда Киевской области от 04.09.2025 по делу № 911/743/24 (911/278/25) суд установил, что подача недостоверной финансовой отчетности, неотражение кредиторской задолженности, а также бездействие руководителя по урегулированию долгов в совокупности свидетельствуют о наличии признаков фиктивного банкротства, поскольку такие действия исключают признание поведения должника добросовестным. Тем самым суд исходит из оценки не только способности должника исполнить обязательства, но и характера его поведения в условиях задолженности.

Подход Верховного Суда: неплатежеспособность как обязательное условие

В постановлении Верховного Суда от 18.05.2023 по делу № 923/954/20 сформулирована правовая позиция, согласно которой банкротство возможно исключительно при наличии доказанной неплатежеспособности, то есть неспособности должника удовлетворить требования кредиторов вследствие недостаточности имущества.

Отсутствие такого состояния исключает возможность применения процедуры банкротства и является основанием для закрытия производства по делу, что свидетельствует о приоритете материального критерия над формальным фактом обращения в суд. Данная позиция согласуется с логикой статьи 9-1 КУзПБ и конкретизирует ее через судебную практику.

Правовые последствия: процессуальный и имущественный аспект

Установление факта фиктивного банкротства влечет не только процессуальные, но и имущественные последствия. С одной стороны, это закрытие производства по делу о банкротстве. С другой — возникновение обязанности должника возместить кредиторам убытки, причиненные задержкой исполнения денежных обязательств, а также привлечение виновных лиц к административной ответственности по статье 166-17 Кодекса Украины об административных правонарушениях. Таким образом, фиктивное банкротство приобретает признаки правонарушения с самостоятельными имущественными последствиями.

Вывод

Судебная практика свидетельствует о том, что фиктивное банкротство определяется не через формальные признаки подачи заявления, а через комплексную оценку финансового состояния должника и его поведения, что фактически означает переход от формально-юридического подхода к материально-правовому анализу. В этих условиях правовая позиция в делах о банкротстве должна строиться не только на соблюдении формальных требований, но и на способности доказать реальность экономического состояния должника и добросовестность его действий в отношениях с кредиторами.